Выпуск №37. Современный Иран (октябрь 2014)

2117 комментариев Редакция Журнала 'Современный Иран' 17 февраля 2015

Под «занавес» сентября произошло скандальное событие. «Историческая встреча» президента Хасана Роухани и британского премьера Дэвида Кэмерона, прошедшая на полях Генеральной ассамблеи ООН, первая встреча лидеров двух стран с 1979 года, обернулась скандальной историей, вызвавшей небывалую волну возмущения в Иране. Ожидать иного было бы наивно, поскольку в отношениях между Лондоном и Тегераном, как в капле воды, отражается вся двуличность, эгоизм и вероломство политики Запада в отношении Исламской республики. Подробности – в статье «Роухани – Кэмерон: «историческая встреча», обернувшаяся большим скандалом», которая открывает очередной, 37-й номер журнала «Современный Иран».

Собственно, это событие определило основное направление дискуссий об отношениях Ирана с Западом, которые получили свое отражение на страницах нашего журнала. «Становится все более очевидным, что направленные на быстрое сближение с США и Западом шаги президента Хасана Роухани иногда не отвечают духу исламско-революционного курса Духовного лидера ИРИ аятоллы Али Хаменеи. Особенно Духовный лидер не доволен тем, что, как стало известно из утечек в СМИ, Роухани якобы заключил соглашение (пока только устное), секретно подготовленное совместно с Соединёнными Штатами и Европейским Союзом», - говорится в материале «Борьба за Иран разгорается». «Предпринимаемые сегодня администрацией Обамы шаги в отношении Ирана направлены в первую очередь на то, чтобы оторвать эту страну от России, с которой у ИРИ складываются, хотя и очень медленно, отношения стратегического партнерства. Для США здесь важно использовать Тегеран в борьбе за вытеснение РФ с европейского и мирового рынка газа, а также в плане понижения цен на нефть в целях ослабления российской экономики», - оценивает ситуацию автор материла «США начали схватку за Иран: что ждет Россию, если Иран уйдет?». «Все чаще можно слышать рассуждения о проамериканском крене внешней политики ИРИ», - отмечается в статье «Насколько опасен проамериканский крен Тегерана?», - и далее в ней дается развернутый прогноз политических и экономических последствий такого шага: «В целом, окончательное соглашение с Ираном и снятие всех санкций даст мощный стимул для иранской экономики. Так, Тегеран получит доступ примерно к $100 млрд., замороженным в иностранных банках, а также миллиардные доходы за экспорт нефти. В то же время страны ЕС заинтересованы не только в получении иранских углеводородов, что позволит снизить газовую зависимость от России, но и готовы начать широкие инвестиционные проекты в Иране».

В целом же, выводы в отношении некоего «проамериканского крена» внешней политики Исламской республики явно преувеличены, - такой вывод сделан в материале «Тегеран и Вашингтон: мифы и реальности «сближения», «поэтому американской пропаганде отсутствие реальных успехов на «иранском направлении» приходится заменять тиражированием мифов о «наметившемся сближении».

И действительно, анализируя не декларации, а реальные шаги руководства Москвы и Тегерана, становится очевидным, что при всех сложностях, курс на партнерство, взятый нашими странами, развивается последовательно и поступательно, примером чему – состоявшийся в октябре визит секретаря российского Совета безопасности Николая Патрушева в Тегеран. Подробности – в редакционном комментарии «К визиту Николая Патрушева в Тегеран», где подробно описано это событие.

Ведь при всей «заманчивости» западных предложений, их принципиальное отличие от ирано-российского партнерства заключается в том, что только на пути сотрудничества Москвы и Тегерана может быть достигнуто развитие наших стран и обеспечение региональной безопасности. Иран вполне вписывается в концепцию, изложенную недавно российским президентом Владимиром Путиным: «И логичный путь − это кооперация стран, обществ и поиск коллективных ответов на увеличивающиеся вызовы, совместное управление рисками. Миру нужна правовая, политическая, экономическая основа нового миропорядка, которая обеспечила бы стабильность и безопасность, при этом поощряла бы здоровую конкуренцию», - говорится в статье «России нужен сильный и стабильный Иран».

Тем более, что угрозы, вызванные политикой Запада, являются для Москвы и Тегерана общими, что особенно видно на примере Каспия. «Как минимум двое из «каспийской пятерки» в результате закрученной Западом интриги не в состоянии выполнить этот важнейший пункт принятого в Астрахани политического заявления – о «неприсутствии на Каспийском море вооружённых сил» нерегиональных государств. И, по большому счету, для нас совершенно не важно, почему они не смогут это сделать – в связи с особенностями внешнеполитической ориентации или под давлением извне. «Клещи» для российских и иранских интересов сделаны, а то, когда они сомкнутся, нанося максимальный ущерб интересам Тегерана и Москвы, − лишь вопрос времени», - считает автор материала «Каспийские клещи для России и Ирана».

Если же брать ситуацию на Ближнем Востоке, то вполне очевидным, что именно внешняя политика США, построенная на иранофобии, привела к росту напряженности и разгулу терроризма в этом регионе. «Самая демократическая страна» всегда стремилась стать «мировым жандармом», единолично решающим, кого казнить, а кого жаловать субсидиями и политической поддержкой. Тегеран, после Исламской революции поднявший голос против этой вопиющей несправедливости мирового устройства, против узурпации Вашингтоном права решать за другие народы «что такое хорошо, а что такое плохо», стал одной из главных мишеней необъявленной войны, которую Америка ведет по всему миру», - отмечается в статье «Отец терроризма – американская иранофобия».

Делают ли из своих ошибок адекватные выводы Вашингтон и Брюссель? Ничуть, что ясно демонстрирует искусственное затягивание переговоров по иранской ядерной программе, анализ текущего состояния дел на которых предлагается в материале «Итоги переговоров в Вене. Напряженность нарастает».

Для достижения нормализации с Ираном Вашингтон ни на шаг не намерен отступать от поддержки своих основных союзников в регионе, наиболее одиозным из которых, без всякого сомнения является Эр-Рияд. «Безо всякого преувеличения можно сказать, что основная интрига американо-иранских отношений в последние месяцы разворачивается вокруг вопроса о том, примет ли Тегеран участие в создаваемой Соединенными Штатами антитеррористической коалиции, уже заслужившей ироническое название «коалицией кающихся», - отмечается в статье «Ирано-саудовское «потепление»: пустынные миражи», - но «версии о том, что сближение между Тегераном и Эр-Риядом может произойти на почве общих операций против ИГИЛ в свете этого, как и множества других столь же пикантных эпизодов, выглядят откровенно надуманными, поскольку действуя «плечом к плечу» с тем, кто еще вчера вооружал и финансировал джихадистов, ни на минуту нельзя быть уверенным, что завтра эти вчерашние союзники не договорятся между собой».

В этом – главная причина того, что Иран категорически отвергает свое участие в «коалиции кающихся». В редакционном комментарии «Станет ли Иран участником антитеррористической коалиции» четко говорится о том, что «партия саудитов и конечные цели, к которым стремится Эр-Рияд, участвуя в «коалиции кающихся», особого секрета для иранского руководства не представляет. Для Тегерана участвовать в этом саудовском сценарии означает добровольно рыть для себя могилу, причем своею же лопатой. Нужно ли это Ирану, согласен ли он на это? Вопрос, думается, риторический».

Внимательно отслеживая все нюансы российско-иранских отношений и процессы, происходящие между Тегераном и Западом, редакция «Современного Ирана», разумеется, не обходит вниманием и события, которые напрямую затрагивают интересы Исламской республики в казалось бы малозначимых с геостратегической точки зрения регионах. Примером этого является материал «Йемен в фокусе борьбы между США, Саудовской Аравии и Ираном», в котором дан детальный анализ ситуации в стране, раздираемой многочисленными противоречиями и гражданской войной. «В любом случае, в случившемся в Йемене во многом виновата политика США на Ближнем Востоке. Именно Америка вывела на политическую арену суннитских радикалов в лице «Аль-Каиды» и «Талибана», а затем и ИГ. В Вашингтоне же поддерживают монархов Персидского залива, которые являются приверженцами салафизма и радикального суннитского ислама, донорами экспорта «цветных революций» за рубеж. Но именно оказывая поддержку суннитам и способствуя распространению их влияния, в том числе в борьбе против шиитов и Ирана, США невольно сплотили ряды шиитов в их противостоянии суннитам. Вооружая суннитов в Персидском заливе, США обложили шиитский Иран санкциями, чтобы лишить его права на разработку атомной энергетики. Развернутая США агрессия против Сирии во главе с Б.Асадом, представителем алавитского (шиитского) клана, тоже напрямую связана с борьбой с шиизмом, чтобы подыграть суннитским монархам Саудовской Аравии и карликового Катара, которые американцы используют в нынешней нефтегазовой войне против России», - отмечает автор материала.

В завершение нашего краткого обзора статей, предлагаемых новым, 37-м по счету номером журнала «Современный Иран», необходимо отметить, что при всей нестабильности ситуации в регионе и мире, при всех хитросплетениях и интригах в отношении Тегерана, Москвы и других столиц, наши читатели могут быть уверены в одном – обо всех подробностях важнейших событий они всегда узнают одними из первых. Эта принципиальная позиция редакции остается неизменной при любом развитии международной обстановки.

Современый Иран, №37